С ними трудно разговаривать, особенно о чувствах и отношениях, они не способны хранить верность и всегда уходят от решения проблем…

Перечень женских упреков в адрес мужчин звучит почти хрестоматийно и не меняется годами. Почему так происходит?

На них ни в чем нельзя положиться», – сетуют женщины. «Все мужики сво…» – несется с телеэкрана. Кому из нас не доводилось слышать или произносить нечто подобное? Но мужчин, похоже, не слишком задевают нелестные обобщения.

36-летний Иван женат девятый год, у него растет маленький сын. «Желание сбежать на несколько дней у меня возникает раз двадцать за год, но я никогда этого не делаю, – признается он. А вот моя жена, решив отдохнуть, оба раза собирала сумку и без малейших колебаний уезжала к подруге на выходные». Пока мужчина плывет по течению, женщина действует. «Это может показаться парадоксальным, – замечает юнгианский аналитик Мария Ломова, – но такие противоположные стратегии поведения связаны с нашим самым первым опытом любви к матери». В раннем детстве мальчик воображает, что является для нее буквально всем.

И обнаруживает свою ошибку только в возрасте трех-пяти лет, когда понимает, что подлинный объект желания его матери – не он, а его отец. Это открытие одновременно вызывает у него и тревогу, и чувство облегчения. В то же время искренняя любовь  мальчика к отцу, ожидание взаимности неизбежно связаны с гомосексуальными (а значит, запретными) чувствами. «Поэтому отец и сын, – поясняет психоаналитик Петер Купер (Peter Kutter), – бессознательно избегают проявлений нежности, что усиливает у ребенка болезненное чувство неразделенной любви». Мальчикам только и остается, что сохранять память о первой, безусловной любви к матери и одновременно преодолевать ее, учиться выстраивать отношения с другой женщиной. «Но многие мужчины продолжают чувствовать непосредственную связь с ней, словно остаются в утробе, – поясняет Мария Ломова. – Если этот материнский образ ассоциируется с их спутницей, он мешает им проявлять инициативу в отношениях и провоцирует безотчетный страх быть покинутым, испытать одиночество и отвергнутость».

Сексуальное развитие девочки происходит иначе: и потому, что у матери ребенок одного с ней пола вызывает большее доверие, утверждает Петер Куттер, и потому, что ее любовь к отцу гетеросексуальна. А значит, у нее есть шанс познать нежность, трепетность, уважение в любви. «Ее отношения с отцом – это первый опыт отношений в паре, – говорит Мария Ломова. – Он обогащает личность девочки, дает женщине свободу чувств и действий, но в то же время завышает ее любовные ожидания».

Так что встреча мужчины и женщины – это всегда встреча двух противоположных представлений об отношениях, разного опыта. Размышляя, например, о своей сексуальной идентичности, мы задаемся разными вопросами. Мужчина изначально боится не удовлетворить партнершу сексуально. А женщина спрашивает себя о том, что значит быть женщиной. Вести себя, как это делала моя мать? Одеваться как фотомодель? Завести детей, как моя сестра или подруга?

«Женственность ощущается как неполнота, недостаток чего-то, -утверждает психоаналитик Дэри-ан Лидер (Darian Leader). – Тем более что женщины бессознательно убеждены в том, что лишь любовь способна избавить их от проблем и напастей». Подобная иллюзия возводит любовь в абсолют. «Но абсолютная любовь, которую они мечтают обрести, никогда не сможет воплотиться в реальном мужчине, – добавляет психоаналитик. – Когда-то у женщин оставалось единственное прибежище — любовь к богу. Сегодня отсутствие идеальной любви они восполняют увлеченностью профессией или же любовью к детям».